Александр Король

Что тогда ещё случилось необычное? И вот как Валентина мне тогда позвонила, но это тоже история такая… Я же сначала встретился с её дочкой Машей Мих, рассказал, что я начал так чувствовать людей, слышу голос. Она познакомила со своей мамой, и вот её мама как раз мне как-то звонила и говорила, чтобы я вылечил какого-то дядьку, а этот дядька какой-то суперсерьёзный, и вот я его тогда вылечил. А по сути я сделал что? Я был вообще в кинотеатре. Ему просто дали трубку, я ему один-два вопроса задал: “Привет, как дела?” — чтобы настроиться на него. Я стал им и просто лучом облучил себя, а на самом деле представил, что это я в его теле, и поэтому облучил его. И всё, он вылечился. А когда меня уже с Александром “Большим” познакомили, вот тогда он сказал, чтобы я ни в коем случае никогда в жизни людям не говорил, что я умею лечить людей, потому что люди все злые. “Потом каждый их родственник, который будет болеть и умирать, они будут винить тебя, что это из-за тебя, потому что, раз ты мог вылечить, а не вылечил, то это твоя вина”. И это правда же так, во многих фильмах такое показывают. Ну, и давайте так, я лечить-то не умею. Я умел тогда как раз, когда я был годик такой волшебный. А потом-то я всё уже, не умею это делать. Это тогда проявилось, и я это попробовал на бабушке своей, когда у неё нога болела. И вот на этом знакомом Валентине, который в больнице с воспалением лёгких лежал. Больше я никогда в жизни этого не делал. Ну потому что, как мне сказал Александр “Большой”, я же его слушаю.

Чакры включались. Было так, я понял, что я могу сфокусироваться на любую чакру, а я не знал, что это такое, мне кто-то это рассказал, и сразу они у меня все включались. Я думаю: “Обалдеть!” Просто от того, что мне стоило туда сфокусироваться на секунду. Не надо для этого лежать, сидеть, настраиваться. Просто такое сильное у меня было внимание, я мог представить, что энергия как змея входит мне сейчас в указательный палец, идёт вокруг костей моей руки и идёт, допустим, в локоть. И всё, и у меня аж локоть начинает сейчас неметь от того, что я это представляю. И вот тогда это было в тысячу раз сильнее. И это было настолько сильно, что если передо мной сидел собеседник, и я представлял, что я это делаю с ним, он прямо это чувствовал. То есть я мог сжать ему локоть, шею, уши, сердце.